МИФЫ ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ

 

Совместный проект Николая Гладких и Виктории Зыряновой

Греческие мифы в мировой поэзии - ХIХ век

Эпоха Возрождения
ХVII век
ХVIII век
ХХ век

АВТОРЫ - ХIХ век

Алексей АПУХТИН
Джордж Гордон БАЙРОН
Шарль БОДЛЕР
Элизабет БАРРЕТ-БРАУНИНГ
Юхан Себастьян ВЕЛЬХАВЕН
Генрих ГЕЙНЕ
Теофиль ГОТЬЕ
Виктор ГЮГО
Анри КАЗАЛИС
Джон КИТС
Сэмюэл Тейлор КОЛЬРИДЖ
Михаил Юрьевич ЛЕРМОНТОВ
Шарль ЛЕКОНТ ДЕ ЛИЛЬ
Аполлон Николаевич МАЙКОВ
Иоганн МАЙРХОФЕР
Михаил Ларионович МИХАЙЛОВ
Жан МОРЕАС
Фридрих НИЦШЕ
Оскар УАЙЛЬД
Александр Сергеевич ПУШКИН
Данте Габриэль Россетти
Эрнест РЕЙНО
Альбер САМЕН
Арман СЮЛЛИ-ПРЮДОМ
Афанасий Афанасьевич ФЕТ
Перси Биши ШЕЛЛИ
Адам Готтлоб ЭЛЕНШЛЕГЕР
Жозе Мариа де ЭРЕДИА

Александр Сергеевич Пушкин

Пушкин, Александр Сергеевич (1799-1837) - великий русский поэт, прозаик, драматург, основоположник современного русского литературного языка. Античные и мифологические мотивы занимают огромное место в его творчестве. Из древнегреческих поэтов переводил Анакреона, Ксенофана Колофонского, Иона Хиосского, Мосха и др.



Леда

(Кантата)


Средь темной рощицы, под тенью лип душистых,
В высоком тростнике, где частым жемчугом
       Вздувалась пена вод сребристых,
       Колеблясь тихим ветерком,
       Покров красавицы стыдливой,
Небрежно кинутый, у берега лежал,
И прелести ее поток волной игривой
           С весельем орошал.

Житель рощи торопливый,
Будь же скромен, о ручей!
Тише, струйки говорливы!
Изменить страшитесь ей!

Леда робостью трепещет,
Тихо дышит снежна грудь,
Ни волна вокруг не плещет,
Ни зефир не смеет дуть.

В роще шорох утихает,
Всё в прелестной тишине:
Нимфа далее ступает,
Робкой вверившись волне.

Но что-то меж кустов прибрежных восшумело,
И чувство робости прекрасной овладело;
Невольно вздрогнула, не в силах воздохнуть.
И вот пернатых царь из-под склоненной ивы,
       Расправя крылья горделивы,
К красавице плывет - веселья полна грудь;
С шумящей пеною отважно волны гонит,
       Крылами воздух бьет,
       То в кольцы шею вьет,
То гордую главу, смирясь, пред Ледой клонит.

       Леда смеется.
       Вдруг раздается
       Радости клик.
       Вид сладострастный!
       К Леде прекрасной
       Лебедь приник.
       Слышно стенанье,
       Снова молчанье.
       Нимфа лесов
       С негою сладкой
       Видит украдкой
       Тайну богов.

Опомнясь наконец, красавица младая
Открыла тихий взор, в томленьях воздыхая,
И что ж увидела? - На ложе из цветов.
Она покоится в объятиях Зевеса;
       Меж ними юная любовь, -
И пала таинства прелестного завеса.

       Сим примером научитесь,
       Розы, девы красоты;
       Летним вечером страшитесь
       В темной рощице воды:

       В темной рощице таится
       Часто пламенный Эрот;
       С хладной струйкою катится,
       Стрелы прячет в пене вод.

       Сим примером научитесь,
       Розы, девы красоты;
       Летним вечером страшитесь
       В темной рощице воды.

1814

Леда - супруга спартанского царя Тиндарея, к которой Зевс явился к ней в облике лебедя.

Текст взят с сайта Пушкин (http://magister.msk.ru/poems/pushkin/poetry/virshes.htm)



К Морфею


Морфей, до утра дай отраду
Моей мучительной любви.
Приди, задуй мою лампаду,
Мои мечты благослови!
Сокрой от памяти унылой
Разлуки страшный приговор!
Пускай увижу милый взор.
Пускай услышу голос милый.
Когда ж умчится ночи мгла,
И ты мои покинешь очи,
О, если бы душа могла
Забыть любовь до новой ночи!

Переделка лицейского стихотворения, 1816

Морфей - бог сновидений.

Текст взят с сайта Пушкин (http://magister.msk.ru/poems/pushkin/poetry/virshes.htm)



Амур и Гименей

(Сказка)


Сегодня, добрые мужья,
Повеселю вас новой сказкой.
Знавали ль вы, мои друзья,
Слепого мальчика с повязкой?
Слепого?... вот помилуй. Феб!
Амур совсем, друзья, не слеп,
Но шалости – его забавы:
Ему хотелось – о лукавый! –
Что б, людям на смех и на зло,
Его Дурачество вело.
Дурачество ведет Амура;
Но скоро богу моему
Наскучила богиня дура,
Не знаю верно почему.
Задумал новую затею:
Повязку с милых сняв очей,
Идет проказник к Гименею...
А что такое Гименей?
Он из Кипридиных детей,
Бедняжка, дряхлый и ленивый,
Холодный, грустный, молчаливый,
Ворчит и дремлет целый век,
И впрочем – добрый человек,
Да нрав имеет он ревнивый. –
От ревности печальный бог
Спокойно и заснуть не мог;
Всё трусил маленького брата,
За ним подсматривал тайком
И караулил сопостата,
Шатаясь вечно с фонарем.
Вот мальчик мой к нему подходит
И речь коварную заводит:
"Помилуй, братец Гименей!
Что это? Я стыжусь, любезный,
И нашей ссоры бесполезной,
И вечной трусости твоей:
Ну, помиримся, будь умней;
Забудем наш раздор постылый,
Но только навсегда – смотри!
Возьми ж повязку в память, милый,
А мне фонарь свой подари".
И что ж? Поверил бог унылый;
Амур от радости прыгнул,
И на глаза со всей он силы
Обнову брату затянул.
С тех пор таинственные взоры
Не страшны больше красотам,
Не страшны грустные дозоры,
Ни пробужденья по ночам.
Спокоен он, но брат коварный,
Шутя над честью и над ним,
Войну ведет, неблагодарный,
С своим союзником слепым.
Лишь сон на смертных налетает,
Амур в молчании ночном
Фонарь любовнику вручает,
И сам счастливца провождает
К уснувшему супругу в дом;
Сам от беспечного Гимена
Он охраняет тайну дверь...
Пожалуйста, мой друг Елена,
Премудрой повести поверь!

(Ранний вариант стихотворения), 1816

Текст взят с сайта Пушкин (http://magister.msk.ru/poems/pushkin/poetry/virshes.htm)



Амур и Гименей


Сегодня, добрые мужья.
Повеселю вас новой сказкой.
Знавали ль вы, мои друзья,
Слепого мальчика с повязкой?
Слепого?.. Вот? Помилуй, Феб!
Амур совсем, друзья, не слеп:
Но шалуну пришла ж охота,
Чтоб, людям на смех и назло,
Его безумие вело.
Безумие ведет Эрота:
Но вдруг, не знаю почему,
Оно наскучило ему.
Взялся за новую затею:
Повязку с милых сняв очей,
Идет проказник к Гименею...
А что такое Гименей?
Он сын Вулкана молчаливый,
Холодный, дряхлый и ленивый,
Ворчит и дремлет целый век,
А впрочем добрый человек,
Да нрав имеет он ревнивый.
От ревности печальный бог
Спокойно подремать не мог;
Всё трусил маленького брата,
За ним подсматривал тайком
И караулил супостата
С своим докучным фонарем.
Вот мальчик мой к нему подходит
И речь коварную заводит:
"Развеселися, Гименей!
Ну, помиримся, будь умней!
Забудь, товарищ мой любезный,
Раздор смешной и бесполезный!
Да только навсегда, смотри!
Возьми ж повязку в память, милый,
А мне фонарь свой подари!"
И что ж? Поверил бог унылый.
Амур от радости прыгнул,
И на глаза со всей он силы
Обнову брату затянул.
Гимена скучные дозоры
С тех пор пресеклись по ночам;
Его завистливые взоры
Теперь не страшны красотам;
Спокоен он, но брат коварный,
Шутя над честью и над ним,
Войну ведет неблагодарный
С своим союзником слепым.
Лишь сон на смертных налетает,
Амур в молчании ночном
Фонарь любовнику вручает
И сам счастливца провожает
К уснувшему супругу в дом;
Сам от беспечного Гимена
Он охраняет тайну дверь...
Пойми меня, мой друг Елена,
И мудрой повести поверь!

Переделка лицейского стихотворения (см. предыдущий текст)

Текст взят с сайта Пушкин (http://magister.msk.ru/poems/pushkin/poetry/virshes.htm)



Фавн и пастушка

Картины


I

С пятнадцатой весною,
Как лилия с зарею,
Красавица цветет;
Всё в ней очарованье:
И томное дыханье,
И взоров томный свет,
И груди трепетанье,
И розы нежный цвет -
Всё юность изменяет.
Уж Лилу не пленяет
Веселый хоровод:
Одна у сонных вод,
В лесах она таится,
Вздыхает и томится,
И с нею там Эрот.
Когда же ночью темной
Ее в постеле скромной
Застанет тихий сон,
С волшебницей мечтою;
И тихою тоскою
Исполнит сердце он -
И Лила в сновиденьи
Вкушает наслажденье
И шепчет "О Филон!"

II

Кто там, в пещере темной,
Вечернею порой,
Окован ленью томной
Покоится с тобой?
Итак, уж ты вкусила
Все радости любви;
Ты чувствуешь, о Лила,
Волнение в крови,
И с трепетом, смятеньем,
С пылающим лицом,
Ты дышешь упоеньем
Амура под крылом.
О жертва страсти нежной,
В безмолвии гори!
Покойтесь безмятежно
До пламенной зари.
Для вас поток игривый
Угрюмой тьмой одет,
И месяц молчаливый
Туманный свет лиет;
Здесь розы наклонились
Над вами в темный кров;
И ветры притаились,
Где царствует любовь...

III

Но кто там, близ пещеры
В густой траве лежит?
На жертвенник Венеры
С досадой он глядит;
Нагнулась меж цветами
Косматая нога;
Над грустными очами
Нависли два рога.
То Фавн, угрюмый житель
Лесов и гор крутых,
Докучливый гонитель
Пастушек молодых.
Любимца Купидона -
Прекрасного Филона
Давно соперник он....
В приюте сладострастья
Он слышит вздохи счастья
И неги томный стон.
В безмолвии несчастный
Страданья чашу пьет,
И в ревности напрасной
Горючи слезы льет.
Но вот ночей царица
Скатилась за леса,
И тихая денница
Румянит небеса;
Зефиры прошептали -
И фавн в дремучий бор
Бежит сокрыть печали
В ущельях диких гор.

IV

Одна поутру Лила
Нетвердою ногой
Средь рощицы густой
Задумчиво ходила.
"О, скоро ль, мрак ночной,
С прекрасною луной
Ты небом овладеешь?
О, скоро ль, темный лес,
В туманах засинеешь
На западе небес?"
Но шорох за кустами
Ей слышится глухой,
И вдруг - сверкнул очами
Пред нею бог лесной!
Как вешний ветерочек,
Летит она в лесочек:
Он гонится за ней.
И трепетная Лила
Все тайны обнажила
Младой красы своей;
И нежна грудь открылась
Лобзаньям ветерка,
И стройная нога
Невольно обнажилась.
Порхая над травой,
Пастушка робко дышит;
И Фавна за собой
Всё ближе, ближе слышит.
Уж чувствует она
Огонь его дыханья...
Напрасны все старанья:
Ты Фавну суждена!
Но шумная волна
Красавицу сокрыла:
Река - ее могила...
Нет! Лила спасена.

V

Эроты златокрылы
И нежный Купидон
На помощь юной Лилы
Летят со всех сторон;
Все бросили Цитеру,
И мирных сёл Венеру
По трепетным волнам
Несут они в пещеру -
Любви пустынный храм.
Счастливец был уж там.
И вот уже с Филоном
Веселье пьет она,
И страсти легким стоном
Прервалась тишина...
Спокойно дремлет Лила
На розах нег и сна,
И луч свой угасила
За облаком луна.

VI

Поникнув головою,
Несчастный бог лесов
Один с вечерней тьмою
Бродил у берегов:
"Прости, любовь и радость! -
Со вздохом молвил он: -
В печали тратить младость
Я роком осужден!"
Вдруг из лесу румяный,
Шатаясь, перед ним
Сатир явился пьяный
С кувшином круговым;
Он смутными глазами
Пути домой искал
И козьими ногами
Едва переступал;
Шел, шел и натолкнулся
На Фавна моего,
Со смехом отшатнулся,
Склонился на него....
"Ты ль это, брат любезный? -
Вскричал Сатир седой: -
В какой стране безвестной
Я встретился с тобой?"
"Ах! - молвил Фавн уныло:
Завяли дни мои!
Всё, всё мне изменило,
Несчастен я в любви".
"Что слышу? От Амура
Ты страждешь и грустишь,
Малютку-бедокура
И ты боготворишь?
Возможно ль? Так забвенье
В кувшине почерпай,
И чашу в утешенье
Наполни через край!"
И пена засверкала
И на краях шипит,
И с первого фиала
Амур уже забыт.

VII

Кто ж, дерзостный, владеет
Твоею красотой?
Неверная, кто смеет
Пылающей рукой
Бродить по груди страстной,
Томиться, воздыхать
И с Лилою прекрасной
В восторгах умирать?
Итак, ты изменила?
Красавица, пленяй,
Спеши любить, о Лила!
И снова изменяй.

VIII

Прошли восторги, счастье,
Как с утром легкий сон;
Где тайны сладострастья?
Где нежный Палемон?
О Лила! вянут розы
Минутныя любви:
Познай же грусть и слезы,
И ныне терны рви.
В губительном стремленьи
За годом год летит,
И старость в отдаленьи
Красавице грозит.
Амур уже с поклоном
Расстался с красотой,
И вслед за Купидоном
Веселья скрылся рой.
В лесу пастушка бродит
Печальна и одна:
Кого же там находит?
Вдруг Фавна зрит она.
Философ козлоногий
Под липою лежал
И пенистый фиал,
Венком украсив роги,
Лениво осушал.
Хоть Фавн и не находка
Для Лилы прежних дет,
Но вздумала красотка
Любви раскинуть сеть:
Подкралась, устремила
На Фавна томный взор
И, слышал я, клонила
К развязке разговор.
Нo Фавн с улыбкой злою,
Напеня свой фиал,
Качая головою,
Красавице сказал:
"Нет, Лила! я в покое -
Других, мой друг, лови;
Есть время для любви,
Для мудрости - другое.
Бывало я тобой
В безумии пленялся,
Бывало восхищался
Коварной красотой.
И сердце, тлея страстью,
К тебе меня влекло.
Бывало.... но, по счастью,
Что было - то прошло".

1813-1817?

Текст взят с сайта Пушкин (http://magister.msk.ru/poems/pushkin/poetry/virshes.htm)



Торжество Вакха


Откуда чудный шум, неистовые клики?
Кого, куда зовут и бубны и тимпан?
      Что значат радостные лики
         И песни поселян?
      В их круге светлая свобода
      Прияла праздничный венок.
      Но двинулись толпы народа...
Он приближается... Вот он, вот сильный бог!
      Вот Бахус мирный, вечно юный!
      Вот он, вот Индии герой!
      О радость! Полные тобой
      Дрожат, готовы грянуть струны
      Не лицемерною хвалой!..

      Эван, эвое! Дайте чаши!
      Несите свежие венцы!
      Невольники, где тирсы наши?
Бежим на мирный бой, отважные бойцы!
      Вот он! вот Вакх! О час отрадный!
      Державный тирс в его руках;
      Венец желтеет виноградный
      В чернокудрявых волосах...
      Течет. Его младые тигры
      С покорной яростью влекут;
      Кругом летят эроты, игры -
      И гимны в честь ему поют.
      За ним теснится козлоногий
      И фавнов и сатиров рой,
      Плющом опутаны их роги;
      Бегут смятенною толпой
      Вослед за быстрой колесницей,
      Кто с тростниковою цевницей,
      Кто с верной кружкою своей;
      Тот, оступившись, упадает
      И бархатный ковер полей
      Вином багровым обливает
      При диком хохоте друзей. -
      Там дале вижу дивный ход!
      Звучат веселые тимпаны;
      Младые нимфы и сильваны,
      Составя шумный хоровод,
      Несут недвижного Силена....
      Вино струится, брызжет пена,
      И розы сыплются кругом:
      Несут за спящим стариком
      И тирс, символ победы мирной,
      И кубок тяжко-золотой,
      Венчанный крышкою сапфирной, -
      Подарок Вакха дорогой.

      Но воет берег отдаленный.
      Власы раскинув по плечам,
      Венчанны гроздьем, обнаженны,
      Бегут вакханки по горам.
Тимпаны звонкие, кружась меж их перстами,
Гремят - и вторят их ужасным голосам.
Промчалися, летят, свиваются руками,
      Волшебной пляской топчут луг,
      И младость пылкая толпами
         Стекается вокруг.

      Поют неистовые девы;
      Их сладострастные напевы
      В сердца вливают жар любви;
      Их перси дышут вожделеньем;
Их очи, полные безумством и томленьем,
      Сказали: счастие лови!
      Их вдохновенные движенья
      Сперва изображают нам
      Стыдливость милого смятенья,
      Желанье робкое - а там
      Восторг и дерзость наслажденья.
Но вот рассыпались - по холмам и полям;
      Махая тирсами несутся;
    Уж издали их вопли раздаются,
      И гул им вторит по лесам:
      Эван, эвое! Дайте чаши!
      Несите свежие венцы!
      Невольники, где тирсы наши?
Бежим на мирный бой, отважные бойцы!

      Друзья, в сей день благословенный
      Забвенью бросим суеты!
      Теки, вино, струею пенной
      В честь Вакха, муз и красоты!
      Эван, эвое! Дайте чаши!
      Несите свежие венцы!
      Невольники, где тирсы наши?
Бежим на мирный бой, отважные бойцы!

1818

Текст взят с сайта Пушкин (http://magister.msk.ru/poems/pushkin/poetry/virshes.htm)



***


Могущий бог садов - паду перед тобой,
Приап, ты, коему всё жертвует в природе,
Твой лик уродливый поставил я с мольбой
        В моем смиренном огороде,

Не с тем, чтоб удалял ты своенравных коз
И птичек от плодов и нежных и незрелых,
Тебя украсил я венком из диких роз
        При пляске поселян веселых

1818

Текст взят с сайта Пушкин (http://magister.msk.ru/poems/pushkin/poetry/virshes.htm)



Нереида


Среди зеленых воля, лобзающих Тавриду,
На утренней заре я видел нереиду.
Сокрытый меж дерев, едва я смел дохнуть:
Над ясной влагою полубогиня грудь
Младую, белую как лебедь, воздымала
И пену из власов струею выжимала.

1820

Нереиды - нимфы вод, дочери морского бога Нерея. Таврида - античное название Крыма.

Текст взят с сайта Пушкин (http://magister.msk.ru/poems/pushkin/poetry/virshes.htm)



Муза


В младенчестве моем она меня любила
И семиствольную цевницу мне вручила.
Она внимала мне с улыбкой - и слегка,
По звонким скважинам пустого тростника,
Уже наигрывал я слабыми перстами
И гимны важные, внушенные богами,
И песни мирные фригийских пастухов.
С утра до вечера в немой тени дубов
Прилежно я внимал урокам девы тайной,
И, радуя меня наградою случайной,
Откинув локоны от милого чела,
Сама из рук моих свирель она брала:
Тростник был оживлен божественным дыханьем
И сердце наполнял святым очарованьем.

1821

Текст взят с сайта Пушкин (http://magister.msk.ru/poems/pushkin/poetry/virshes.htm)



Аквилон


Зачем ты, грозный аквилон,
Тростник прибрежный долу клонишь?
Зачем на дальний небосклон
Ты облачко столь гневно гонишь?

Недавно черных туч грядой
Свод неба глухо облекался,
Недавно дуб над высотой
В красе надменной величался...

Но ты поднялся, ты взыграл,
Ты прошумел грозой и славой -
И бурны тучи разогнал,
И дуб низвергнул величавый.

Пускай же солнца ясный лик
Отныне радостью блистает,
И облачком зефир играет,
И тихо зыблется тростник.

1824

Аквилон - латинское имя бога северного ветра (у греков - Борей).

Текст взят с сайта Пушкин (http://magister.msk.ru/poems/pushkin/poetry/virshes.htm)



Арион


Нас было много на челне;
Иные парус напрягали,
Другие дружно упирали
В глубь мощны веслы. В тишине
На руль склонясь, наш кормщик умный
В молчаньи правил грузный челн;
А я - беспечной веры полн, -
Пловцам я пел... Вдруг лоно волн
Измял с налету вихорь шумный ...
Погиб и кормщик и пловец! -
Лишь я, таинственный певец,
На берег выброшен грозою,
Я гимны прежние пою
И ризу влажную мою
Сушу на солнце под скалою.

1827

Арион - легендарный поэт и певец, спасенный во время кораблекрушения дельфином.

Текст взят с сайта Пушкин (http://magister.msk.ru/poems/pushkin/poetry/virshes.htm)



***


Еще одной высокой, важной песни
Внемли, о Феб, и смолкнувшую лиру
В разрушенном святилище твоем
Повешу я, да издает она,
Когда столбы его колеблет буря,
Печальный звук! Еще единый гимн -
Внемлите мне, пенаты, - вам пою
Обетный гимн. Советники Зевеса,
Живете ль вы в небесной глубине,
Иль, божества всевышние, всему
Причина вы, по мненью мудрецов,
И следуют торжественно за вами
Великий Зевс с супругой белоглавой
И мудрая богиня, дева силы,
Афинская Паллада, - вам хвала.
Примите гимн, таинственные силы!
Хоть долго был изгнаньем удален
От ваших жертв и тихих возлияний,
Но вас любить не остывал я, боги,
И в долгие часы пустынной грусти
Томительно просилась отдохнуть
У вашего святого пепелища
Моя душа - ... там мир.
Так, я любил вас долго! Вас зову
В свидетели, с каким святым волненьем
Оставил я ... людское племя,
Дабы стеречь ваш огнь уединенный,
Беседуя с самим собою. Да,
Часы неизъяснимых наслаждений!
Они дают мне знать сердечну глубь,
В могуществе и немощах его,
Они меня любить, лелеять учат
Не смертные, таинственные чувства,
И нас они науке первой учат -
Чтить самого себя. О нет, вовек
Не преставал молить благоговейно
Вас, божества домашние.

1829

А.С. Пушкин. Сочинения в трех томах. М.: Художественная литература, 1985. Т. 1. С. 466.



Циклоп


Язык и ум теряя разом,
Гляжу на вас единым глазом:
Единый глаз в главе моей.
Когда б судьбы того хотели,
Когда б имел я сто очей,
То все бы сто на вас глядели.

1830

А.С. Пушкин. Сочинения в трех томах. М.: Художественная литература, 1985. Т. 1. С. 468.



***


Бог веселый винограда
Позволяет нам три чаши
Выпивать в пиру вечернем.
Первую во имя граций,
Обнаженных и стыдливых,
Посвящается вторая
Краснощекому здоровью,
Третья дружбе многолетной.
Мудрый после третьей чаши
Все венки с [главы] слагает
И творит уж возлиянья
Благодатному Морфею.

1832 (1833?)

Перевод стихотворения Эвбула из сборника "Пир мудрецов", составленного греческим ученым Афенеем.

А.С. Пушкин. Сочинения в трех томах. М.: Художественная литература, 1985. Т. 1. С. 511.



Из А. Шенье


Покров, упитанный язвительною кровью,
Кентавра мстящий дар, ревнивою любовью
Алкиду передан. Алкид его приял,
В божественной крови яд быстрый побежал.
Се - ярый мученик, в ночи скитаясь, воет;
Стопами тяжкими вершину Эты роет;
Гнет, ломит древеса; исторженные пни
Высоко громоздит; его рукой они
В костер навалены; он их зажег; он всходит;
Недвижим на костре он в небо взор возводит;
Под мышцей палица; в ногах немейский лев
Разостлан. Дунул ветр; поднялся свист и рев;
Треща горит костер; и вскоре пламя, воя,
Уносит к небесам бессмертный дух героя.

1835

Перевод стихотворения французского поэта Андре Шенье (1762-1794). Алкид - другое имя Геракла, отравленной стрелой убившего кентавра Несса, попытавшегося похитить его жену Деяниру. Перед смертью Несс посоветовал Деянире собрать его кровь, чтобы приготовить из нее приворотное зелье. В припадке ревности Деянира послала Гераклу хитон, пропитанный кровью Несса, которая, однако, превратилась в яд. Не в силах терпеть боль, Геракл поднялся на гору Эта и взошел на костер, но спустившаяся с неба туча унесла его на Олимп, где он был принят в сонм богов.

Текст взят с сайта Пушкин (http://magister.msk.ru/poems/pushkin/poetry/virshes.htm)

Для информации: заказ дипломной работы на Росдипломе.